Ореанда графа Витта (Верхняя Ореанда)

       В августе 1830 года [1] граф Иван Осипович де Витт, в то время начальник южных военных поселений, второй человек в Новороссии после графа Воронцова, приобрел участок земли рядом с императорской Ореандой. Предыдущий хозяин, управляющий царским имением «Ореанда» Александр Васильевич Ашер, и после продажи оставался главным смотрителем этого имения. Имение получило название «Ореанда Витта» или «Мургуду», по имени древнего укрепления на вершине горы. Остатки древних стен и дорических колонн не раз упоминали в своих путевых заметках различные путешественники. Площадь имения (по данным 1830 г.) составляла 65 десятин 1228 квадратных саженей [2].
       Границы имения Витта простирались от скального отвеса горы Хачла-Каясы до самого моря, спускаясь узким языком к пляжу между землями, занимаемыми в настоящее время санаторием «Золотой пляж» и отелем «Пальмира Палас». В северной части имение Витта ограничивалось с востока оврагом Лакони, с запада – территорией современного Стройгородка. Сейчас дорога к усадебному дому заброшена, но еще сохранилась. Она находится чуть выше храма Святого Михаила и отходит влево от главного шоссе Ореанда – Гаспра.

Гора Хачла-Каясы. Под ней – участок бывшего имения графа Витта.
Фото В.Евдокимова. 2012 г.

Храм Святого Михаила в Ореанде. Справа – гора Ай-Никола,
вдали – гора Хачла-Каясы. Фото 2013 г.

       В исторической литературе имя графа Витта обычно упоминают в связи с двумя женщинами – его матерью, Софьей Константиновной Потоцкой, и его женой, польской красавицей Каролиной Собаньской.
       По отзывам современников, генерал-лейтенант Витт был человеком обаятельным и в крайней степени завистливым: мужество и доблесть на полях сражений (участник войны с Наполеоном и русско-турецкой войны 1828-1829 гг.) сочетались в нем с интриганством и казнокрадством. Наряду со шпионской деятельностью, которой он занимался всю жизнь, граф де Витт интриговал против графа А.Ф.Ланжерона, мечтая о должности генерал-губернатора Новороссии. После того, как эту должность занял М.С.Воронцов, де Витт остался в Одессе фактически как надзиратель за ним от лица правительства. По-видимому, приобретение им участка земли в Ореанде под строительство также входило в этот план.

Портрет Ивана Осиповича Витта. Д. Доу. 1820-е гг.

Портрет Каролины Собаньской. П.Ф.Соколов. 1830-е гг.

       В Кореизе, по соседству с Мисхором, в те времена жила княгиня Анна Сергеевна Голицына. Будучи близкой подругой Каролины Собаньской, она приняла непосредственное участие в обустройстве их совместного с И.О.Виттом имения в Верхней Ореанде. В письмах Голицыной к Собаньской, обнаруженных В.М.Фридкиным в Парижской библиотеке Арсенала и датируемых 1830-1836 годами, содержатся интересные сведения о строительстве усадьбы и работах по озеленению.
       Первое письмо датировано 2 октября 1830 года и отправлено Собаньской из Кореиза в Одессу. В нем, в частности, есть такая фраза: «Мы провели день в Кучуке и Ореанде с Шепиловым и Кебахом, садовником из Алупки. Надеюсь, что здесь Вам понравится» [3]. Второе письмо Голицыной, датированное 13 ноября 1830 года, отправлено Собаньской по тому адресу в Одессу. Как следует из текста, Собаньская за это время успела побывать в Крыму. Проект усадебного дома, по всей вероятности, выполнен архитетором Карлом Ивановичем Эшлиманом, поскольку именно он выполнял для княгини Голицыной в ее имении все архитектурные постройки. Управляющим и главным строительным подрядчиком был нанят Александр Васильевич Ашер, тот самый, управляющий императорским имением. Видимо, Карл Кебах, садовник Алупкинского парка М.С.Воронцова, был очень занят, и посадки в парке пришлось выполнять самому Ашеру: «Мы занимаемся вашей маленькой Ореандой. Ашер по вашему желанию посадит там деревья. Сообщите мне, пожалуйста, адрес Витта. Нам надо многое ему написать об Ореанде» [4].

       Прошло полгода, работы по строительству были в самом разгаре, но граф И.О.Витт не мог наблюдать за строительством, поскольку в это время находился в Польше, участвуя в подавлении восстания, а Каролина Собаньская – в Дрездене. 12 июля 1831 года княгиня Голицына пишет в Дрезден: «Благодаря Ореанде и Ашеру мы получили известие о вас. Как наши сердца жаждали этого известия! Мне тягостно, что граф Витт не пишет и что вы, мадам, не отвечаете, деньги не приходят, а Ашер слишком добр и доверчив. Я ему советовала отпустить большинство рабочих и оставить только трех-четырех, чтобы заниматься виноградником. Оплачивать и кормить сотню рабочих в этом году ему не под силу, слишком дорого. Я не могу добиться от Ашера, чтобы он их отпустил и остановил работы. Я сержусь на него, потому что я люблю его и вижу, как он наивен и слеп. Я вижу, какие невзгоды он себе готовит… Вы не представляете себе всего, что здесь сделано, - снесенной скалы, выкопанной земли, всех бесчисленных трудностей, которые Ашер преодолел…» [5].

       Несмотря на все трудности и очень краткие сроки, строительство имения в августе 1831 года уже подходило к концу. Об этом мы узнаем из письма Голицыной 22 августа 1831 года: «Я создала для вас уголок в Ореанде, думаю, он будет любим вами и Констанцией <дочь Собаньской от первого брака – Авт.>. Здесь говорят, что маршал Паскевич скоро окончит эту жестокую и ужасную войну. Работаем над вашим домом. Надеемся, что он понравится вам и вашему дорогому графу. Вам нужна ласка, и я собрала для вас коллекцию полированных камней. Нет ни одного дня, когда я бы вами не занималась» [6].

       Через полтора года, в феврале 1833-го А.С.Голицына, поздравляя Собаньскую с замужеством дочери, сообщает: «Ореанда стала культурнее, она вас ждет, соседи тоже были бы рады вас увидеть. Когда вы будете писать любимой дочери, скажите ей, что у моря живут два любящих ее сердца» [7]. Автор книги, В.М.Фридкин, комментирует, что «два любящих сердца», как явствует из писем, - сама Голицына и ее управляющий Ашер.

Ореанда графа Витта. Н.Чернецов. 1834 г. Из собрания ГРМ

       Одновременно со строительством усадебного дома рядом закладывался фруктовый сад. 20 марта 1831 года, согласно книге отпуска растений из Никитского сада [8], графу Витту отправлены 18 сортов яблонь, 4 сорта персиков, 17 сортов слив, 8 сортов абрикосов, 19 сортов вишен и черешен, 50 сортов груш, а также 50 маслин. Последние по указанию графа М.С.Воронцова бесплатно раздавались для населения из Никитского сада с целью промышленного производства на Южном берегу Крыма оливкового масла. Каждый сорт плодовых деревьев отправлялся в одном-двух экземплярах с последующим разведением в школах. Руководил посадками и разбивкой сада управляющий имением А.Ашер. Всего же весной 1831 года было отправлено 195 деревьев.

       В этом же году виноградник графа Витта уже насчитывал 40.000 кустов, «из коих в сем 1831 г. посажено на места около 28.000» [9]. Для сравнения, в императорской Ореанде в тот год числилось лишь 6.500 кустов винограда [10]. По свидетельству П.И.Кеппена, владельца имения «Карабах», выше почтовой дороги, по роще через имение графа, в 1831 году проложена дорога, ведущая к небольшой расселине в горе – к естественному гроту, а на высокой скале горы Хачла-Каясы, «у подошвы коей пролегает сия дорога, поставлен позлащеный крест». Место это, добавляет Кеппен, «очаровательно и, конечно, заслуживает внимания путешественников» [11].
       Грот, о котором упоминается в докладе П.И.Кеппена, существует по сей день. Он находится у подножия горы Хачла-Каясы и по-прежнему несет черты романтики и дикости Ореанды.

Грот у подножья горы Хачла-Каясы на территории бывшего имения графа Витта.
Фото 2014 г.

       Что касается креста на вершине скалы, то любопытную историю мы позаимствовали в воспоминаниях Каролины Карловны Эшлиман, дочери крымского архитектора К.Эшлимана [12]. По мнению мемуаристки, крест установлен ее отцом по указанию княгини А.С.�