Роза Новичкова. История происхождения. History of Rose Novitchkova
Наиболее осведомленные краеведы, возможно, вспомнят, что некогда существовала так называемая «Роза Новичкова», но какие-либо комментарии по этому поводу никто дать не может. Вместе с тем любой европейский селекционер, создавший хотя бы одно новое растение, в западной исторической науке объявляется «великим», «прославленным», «талантливым» и так далее. Как повелось исстари на Руси, в своем Отечестве пророка нет, а потому своих героев мы не знаем и потому не чтим. А ведь именно отец Павла Алексеевича, Алексей Фокич Новичков был тем самым садоводом-селекционером, благодаря которому появилась «Роза Новичкова». К слову, эта роза на территории бывшего СССР на сегодняшний день не растет: в годы перестройки никто о сохранении растений не помышлял. Только в некоторых садах Западной Европы сохранился удивительно красивый сорт розы, цветущий весной одним цветом, а осенью – другим. Немецкие и французские специалисты по сей день удивляются, как можно было вывести такой фантастический феномен!
Роза Новичкова
Впервые фамилию «Новичков» мы услышали из уст Анны Абрамовны Галиченко. Это произошло весной 2009-го, когда мы собирали материал для статьи «Рифмы и метафоры Алупкинского парка». Мы часто встречались с Анной Абрамовной, чтобы как можно больше расспросить. И вот, в одну из таких встреч у нее дома в Алупке, она решила передать нам свои исследования по истории роз на Южном берегу Крыма, которые, как она сказала, ей уже не написать. Почему-то в Юте она увидела преемницу по этой теме. Это было довольно странно, поскольку мы знали от других людей, что Анна Абрамовна никому не благоволит и ничего из своих материалов не отдает. Впрочем, ее можно понять: 40 лет искать, а потом отдать найденное в чужие руки?
Так вот среди прочих материалов она передала листок стандартный, размером А-4, на котором с одной стороны был список роз Новичкова, а с другой – план питомника Новичкова на 1938-й год. Но тот факт, что это именно питомник, был лишь ее предположением.
Лист написан рукой Галиченко. Передавая его, она рассказала, что Новичков – это садовод, розовод, живший еще до революции. Именно он, якобы, устраивал розарий в Чаире для великой княгини Анастасии Черногорской, где в разных куртинах были собраны розы одного цвета, но разных сортов. Он также имел отношение к знаменитой розовой аллее в Нижнем парке Массандры: то ли он ее автор, то ли продолжатель чужого дела. Галиченко говорила, что она думает, что на открытке «Аллея роз в Массандре» человек, который стоит в дальнем конце аллеи, и есть сам Новичков.
Аллея роз в Массандровском парке
Мы, конечно, поблагодарили за подарок, но в то время так ничего и не поняли. Подаренный листок со списком роз мы покрутили-посмотрели, и положили в наш архив до лучших времен. Кстати, отдавая листок, Анна Абрамовна сказала, что она специально ездила на Кавказ, чтобы добыть этот материал. Дело в том, что после смерти Новичкова его дневник, хранивший в музее Ливадии, оказался почему-то у родственников на Кавказе. Во всяком случае, мы так ее поняли. По ее словам, этот листок – единственное, что она смогла перерисовать с его дневника в ту поездку. А теперь, сказала она, этого дневника уже нет совсем, исчез бесследно.
Прошел год, а может и больше. Весной 2010 года историк виноделия в Крыму Анна Ивановна Клепайло подарила нам свою небольшую книжку «Лев Голицын», так как мы интересовались судьбой его брата, Федора Голицына, именем которого названа роза люксембургскими садоводами братьями Кеттен. (В тот момент мы собирали материал по розам, названных именами Романовых и представителей русского дворянства, что позднее вошло в наши две книги «Императорский розовый сад» и «Розовый сад русского дворянства»). В книге, подаренной Анной Ивановной, мы обнаружили упоминание о какой-то розе отца местного винодела Павла Алексеевича Новичкова. В личной беседе она поведала, что эту роза росла на территории Головного винзавода, и в один из приездов императорской четы в Крым, розу якобы увидела императрица Александра Федоровна. Таким образом, мы узнали, что было два Новичкова – отец и сын. Отец был садовником, а сын – виноделом. Еще Анна Ивановна сказала, что мы со своими вопросами немного опоздали: месяц тому назад умер друг винодела, который мог бы много рассказать. Она посоветовала обратиться к Инге Аркадьевне Голокоз, живущей в Гурзуфе. Ей 80 лет, но она, возможно, может что-нибудь рассказать.
С большим трудом раздобыв номер телефона Инги Аркадьевны, мы ей позвонили. Из разговора выяснили, что винодела Новичкова она помнит, но они работали на разных заводах, и ничего о нем сообщить не может. Посоветовала обратиться к бывшему директору «Массандры» Митяеву Виктору Владимировичу. Номер телефона она не знает, адреса тоже.
В тот же вечер по другому поводу нам позвонила Людмила Михайловна Иванова из Ялтинского историко-литературного музея. Слово за слово, и оказалось, что архив Новичкова после его смерти был поделен на три части между родственниками, и одна из них действительно уехала на Кавказ (вот почему Галиченко туда ездила). Еще она сообщила, что кто-то из его потомков и поныне работает в КрымНИИпроекте, но фамилию не помнит. Послезавтра уезжает в отпуск. Вот, говорит, приеду из отпуска, займусь вашим вопросом.
Юта в это время была в Киеве на цветочной выставке, и я решил, чтобы не терять месяц, сам пойти к Ивановой. Людмила Михайловна тут же кому-то позвонила, и, положив трубку, говорит: «Адрес потомков Новичкова – ул. Пионерская, 11». Я – туда. Познакомился с дальней родственницей, Ниной Ивановной, которая ухаживает за домом и садом. О розе слышала, но как она выглядит – не знает. Вот, говорит, куст, может быть он? Как определить, я не знал. Во-первых, он не имел цветов, во-вторых, как эта роза должна выглядеть, тоже не знаю. Я сначала было расстроился, что опять ничего не вышло. Однако в разговоре вдруг выяснилось, что дневник Новичкова существует, он находится у зятя, Анатолия Игоревича Головина, главного архитектора КрымНИИпроекта.
С Головиным я познакомился только через месяц. От него узнал, что дневник лежит в Гаспре, у первой жены Ирины. Он пообещал сфотографировать страницы. Прошел месяц. По Новичкову никаких новостей. Звоню. Анатолий Игоревич говорит: фото сделал, но их нужно подработать. Позвоню, мол. Прошло еще два месяца. И вот, наконец, мы являемся обладателями бесценных архивных материалов из семьи Новичковых. За время ожидания фотографий, мы несколько раз ездили в Крымский государственный архив, в архив Никитского сада, в разные крымские библиотеки, побывали даже в Москве. Найденные во всех этих местах документы, тоже помогли пролить свет на некоторые детали из жизни садовода. Но самое главное, - мы съездили в музей исторических роз в городе Зангерхаузен в Германии, где-таки отыскали розу Новичкова.
Розарий «Европа» в Зангерхаузене
Таким образом, роза сохранилась только в Германии, даже в Никитском саду ее нет, хотя когда-то была. Мы еще вернемся к розе, а теперь расскажем об ее авторе.
Алексей Фокич Новичков родился 13 марта 1873 года (по ст. стилю) в семье ялтинского мещанина Фоки Гавриловича Новичкова, проживающего на улице Биюк-Сарайской, 11 (ныне ул. Пионерская). Он служил цеховым мастером. Мать, Евдокия Васильевна, воспитывала троих детей: у Алексея был брат Александр и сестра Мария.
Отец имел небольшой